Пещерный город Мангуп-Кале

Золото Крыма спрятано на Мангупе

mangup — Fri, 24 Jan 2025 20:36:33 GMT

Золото Крыма спрятано на Мангупе
вт, 15/07/2008 - 09:10

Пещерный город Мангуп привлекает туристов со всего мира. Кроме археологов, это плато в Бахчисарайском районе облюбовали экстрасенсы, толкиенисты, байкеры и «индейцы». Здесь всегда много художников, фотографов и музыкантов. Но главными в доме остаются археологи. Может, поэтому тут порядок. Сейчас специалисты исследуют несколько объектов. Один из них - внутренняя защитная стена.

- Турки, прорвав первую линию обороны, натолкнулись на вторую, - рассказывает Александр Герцен, который вот уже сорок лет проводит тут раскопки. - Можно предположить, что под этими стенами проходили кровопролитные бои - мы находим множество наконечников стрел.

Встречаются здесь и фибулы - застежки для военного плаща или туники. А также монеты. В основном маленькие, величиной с украинскую копейку - дека нумии. В ходу у местного населения были не золотые монеты, а бронзовые, что свидетельствует о мощном государственном влиянии Византии.

- Говорить о покупательной способности монет очень сложно, - рассказывает Александр Герцен. - Курс постоянно менялся: во время войны - падал, когда было спокойно - рос. Денег в ходу было много - к примеру, за сезон экспедиции удается найти сто и больше монет разного достоинства. У нас даже своеобразная планка есть - за сезон не меньше ста монет.

А в награду сгущенка

На участке второй оборонительной стены находится единственная, сохранившаяся во всю величину сторожевая башня. Пресловутых зубцов на ней нет.

- На Мангупе всего две башни с зубцами, - говорит Александр Герцен. – И то они были возведены турками после завоевания.

Мы идем дальше. Именно так, сломив сопротивление защитников, наступали турки. Правда спустя века попадаем в лагерь археологов. Здесь всегда много палаток, людей и… сгущенки. Этими консервами за находки премируют удачливых студентов-практикантов.

Чуть поодаль располагается базилика - церковный комплекс - шириной в 20 метров и длиной 31 метр. Он исследуется с 1890 года, но только в прошлом году археологи обнаружили и исследовали парное богатое захоронение в 14 века. В мир иной усопшего сопроводили с богатым поясным набором - оружием и прочей необходимой на войне амуницией.

Берем на вооружение металлоискатель

- После того как снят археологический пласт, весь грунт отвозится на отвалы, - объясняет Александр Герцен. - Там его еще раз исследуют металлоискателем.

Практиканты и аспиранты ТНУ сантиметр за сантиметром изучают отвалы: когда «звенит» металлоискатель, они горстями поднимают землю и подносят к прибору.

- Простым глазом не заметишь стрелу или монетку, - рассказывает аспирант кафедры истории древнего мира и средних веков ТНУ Эмиль Сейталиев. - А металлоискатель позволяет обнаружить практически любой мелкий предмет. Конечно, если он металлический.

Всю керамику - осколки черепицы, амфор - археологи выбирают. Потом каждый, даже очень маленький кусочек моется, чистится и заносится в реестр.

Чуть поодаль находится цитадель. Ее руины возвышаются над раскинувшейся долиной. Но это отдельная экспедиция, новый рассказ. Ведь Мангуп настолько велик и могуществен, что тут можно бродить все лето.

Справка «КП»

Осада длилась полгода

Мангуп-Кале - столица средневекового княжества Феодоро. Город был расположен на большой столовой горе Баба-Даг («отчая гора», «ора-отец»). Территория города была защищена мощными стенами и башнями, а вертикальные обрывы скал исключали возможность применения при штурме стенобитных и метательных орудий.

Несмотря на неприступность - в 1475 году город был взят турками. И, если Кафу они штурмовали три дня, то Мангуп осаждали полгода. Как уверяют некоторые историки, захватить город удалось благодаря применению нового, для тех дней оружия - пушек. Находясь вне зоны обстрела защитников Мангупа - лучников, захватчики расстреливали оборонительные сооружения. До сих пор в стенах крепости находят громадные ядра пушек.

Главные объекты

- Пещерный комплекс, состоящий из трехэтажного оборонительного каземата и монастыря

- Руины главных городских ворот. Над ними комплекс усыпальниц, вырубленных в скале

- Дозорно-оборонительный и монастырский пещерный комплекс «Барабан-Кая»

- Руины восьмигранного храма (октагона) начала XV века

- Церковь «Богородицы» (предполагаемый храм св. Константина) с некрополем XV-XVII веков

- Руины мечети Баязида Святого (конец XV века) и монастырский комплекс

- Руины княжеского дворца, построенного в 1425 году в правление князя Алексея

- Руины караимской кенассы

- Монастырский пещерный комплекс XV века, включающий церковь с остатками фресок

Денежки

Вход на тропу

Детский, студенческий билет - 10 гривен.

Взрослый - 15 гривен.

Можно нанять стоящий у подножия Мангупа (в начале села Ходжа-Сала) автомобиль «УАЗ». Вместимость - 5-6 человек. Стоимость аренды «кабриолета» (подъем, часовая прогулка по плато и спуск) - 300 гривен.

А можно преодолеть крутой подъем на горячем скакуне. Правда цена спуска и подъема на лошади «кусается» - 200 гривен.

Клады

На плато нашли

1978 год - 22 золотых изделия (6-7 век).

1978 год - клад фальшивых монет (8 бронзовых монет, покрытых тончайшим слоем золота).

1996 год - инструменты каменотеса (топор, зубатка и прочее).

1997 год - клад коневода (стремена и тавро с личным клеймом владельца).

Конкретно

Как попасть в археологическую экспедицию?

Необходимо:

1) Приобрести продукты, если идет организованная группа. Если к экспедиции желает присоединиться один-два человека - археологи берут пропитание на себя.

2) Не пить. В археологической экспедиции запрещен любой вид алкоголя.

3) Исполнять все правила безопасности, с которыми вас ознакомят.

4) Подчиняться старшим в группе.

За нарушение правил предусмотрено наказание - «спуск вниз», когда нарушителей отправляют домой.

Источник: "Комсомольская правда"

Княжество Феодоро и его князья. Фадеева Т. М., Шапошников

mangup — Mon, 06 Aug 2012 04:44:44 GMT

Княжество Феодоро и его князья. Фадеева Т. М., Шапошников

Часть 1

ИСТОРИЯФЕОДОРО

Княжество Феодоро и крест пространства....7
Направление «юг-север» и путь Гаврасов из
Халдии в Таврику............................22
Готия-Дорос-Феодоро.................31
Князья Феодоро............................ 36
Наследники князя Алексея...........41
Геральдика еодоро.......................55

ПАМЯТНИКИ МАНГУПА
Путь к Мангупу ............................................. ..73
Ворота Мангупа..............................................76
Стены_Мангупа................................................78
Цитадель .........................................................82
Базилика ..........................................................85
Пещерный храм..............................................92
Дворец..............................................................97
Храм св. Георгия........................................ 112

ЗЕМЛИ КНЯЖЕСТВА ФЕОДОРО
Система укреплений княжества.................117
Внутреннее деление княжества: крепости
и уделы............................................................128
Количество и этнический состав населения
княжества..................................................... 159
И еще о готах............................................... 166
Часть 2

Александр ШАПОШНИКОВ

ФЕОДОРО В ПИСЬМЕННЫХ ИСТОЧНИКАХ

ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО ИОАННА, ЕПИСКОПА ГОТФИИ (ПЕРЕВОДЫ, ТОЛКОВАНИЯ И КОММЕНТАРИИ)..................................................... 173
СПЕЦИАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ, ПОСВЯЩЕННЫЕ ЖИТИЮ ИОАННА ГОТСКОГО ............................................................................................. ..............................175
Чудеса святого Иоанна....................................................................................................... 179
Толкования и комментарии.................................................................................................. 181
Резюме................................................................................................................................. ....2 06
Несколько слов по поводу Готского
восстания......................................................................................................................... ........20 8
ТАК НАЗЫВАЕМЫЕ «ЗАПИСКИ ГОТСКОГО
ТОПАРХА» X ВЕКА..............................................................................................210
Разночтения, толкования и комментари...................................................................................214
Литература о «Записках готского топарха» .......224
«ОПИСАНИЕ ГОРОДА ТЕОДОРО». СТИХИ МАТФЕЯ, ПРОСТОГО И СМИРЕННОГОСВЯТИТЕЛЯ...............................................................................225
Комментарии к стихам.............................................................................................230

О ЯЗЫКЕ ТАВРИЧЕСКИХ ГОТОВ.....................................................................233
ИЗ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ ГОТОВ..........................................................244
ИСТОРИЯ РЕЛИГИИ ГОТОВ.........................................................................................252
Сотворение мира...............................................................................................................252
Рождение богов..................................................................................................................253
Земля........... ..........................................................................................................................25 7
Царство мертвых...............................................................................................................258
Небеса........... ......................................................................................................................259
Мировое дерево................................................................................................................260
Сотворение человечества...............................................................................................261
Совращение ансов и война ансов с ванами. ...............................................................261
Убийство Балта..................................................................................................................263
Конец времен ....................................................................................................................265
Погребальный обряд готов-тетракситов
и герулов языческого периода ......................................................................................266
Иудео-христианская религия распространяется среди готов.................................267
Главные германские (готские) божества....................................................................270
Династия готских правителей....................................................................................... 272
Германские племенные наименования....................................................................... 272
Германские местные названия в Скифии. ................................................................ 274

Источник

Герцен А.Г. Крепостной ансамбль Мангупа

mangup — Fri, 24 Jun 2011 02:29:19 GMT

Герцен А.Г. Крепостной ансамбль Мангупа

По изданию:
Материалы по археологии, истории, этнографии Таврики.
(вып. 1). 1990 г.

[88] — конец страницы.
Постолбцовая нумерация сносок заменена сквозной.

Сканы предоставил Антон с крыма.

Мангуп-Феодоро в конце XIV в. по описанию иеромонаха Матфея

mangup — Wed, 03 Feb 2010 19:34:16 GMT

Герцен А.Г.

Мангуп-Феодоро в конце XIV в. по описанию иеромонаха Матфея

В 32-м межвузовском сборнике АДСВ была опубликована моя статья, посвященная разбору текста поэмы иеромонаха Матфея "Рассказ о городе Феодоро..."[1]. Несколько слов о предыстории данного проекта. Первоначально предполагалась совместная с Х.-Ф.Байером публикация на данную тему. Австрийский филолог должен был дать историографический очерк источника, греческий текст и перевод на русский язык. Моей задачей было комментирование содержания поэмы с точки зрения соответствия, приводимых в ней описаний архитектурно-археологическим реалиям Мангупского городища. Мне была прислана часть текста, подготовленная предполагаемым соавтором. Однако затем Х.-Ф.Байер решил превратить данный материал в отдельную книгу, дополнив сюжет о поэме своими очерками, посвященными проблеме истории крымских готов.[2] Это была попытка провести ревизию фактически всей византийской части источниковедческой базы истории средневековой Таврики. Не во всем эта задача была решена успешно и корректно, что было отмечено в нашей рецензии[3]. Обращение вновь к данной теме вызвано тем, что моя статья оказалась оторванной от текста источника, нуждавшегося в построчном комментировании. Кроме того, приложенные к статье схемы, показывающие маршрут автора поэмы, напечатаны с таким качеством, что фактически не содержат необходимой информации. Тем не менее, я благодарен редколлегии АДСВ за публикацию статьи. В предлагаемом же ее варианте для облегчения восприятия комментариев к тексту "Плача" Матфея к настоящей статье прилагаются греческий текст и перевод опубликованный Х.-Ф.Байером[4], без его подстрочных примечаний[5]. Дополнительно перевод сверялся заместителем директора Крымского отделения института востоковедения НАН Украины к.и.н. В.А.Сидоренко.

История обнаружения и введения в научный оборот поэмы Матфея к сожалению не изложена в книге Х-Ф.Баера. Правда в ее оглавдении значатся три раздела со следующими названиями: "I. О стиле поэмы Матфея и ее содержании", "II. Об авторе", "III. Исторические рамки". Однако, ни в присланном мне автором экземпляре книги, ни в других, просмотренных мною, соответствующие страницы, 1-13, отсутствуют, вероятно, по вине издательства. Введение заканчивается в оборванном виде страницей XVI и за ней следует страница 13, относящаяся к главе 1, начало которой должно быть на странице 10, также отсутствующей.

Впервые источник был опубликован в 1927 г. Сильвио Меркати в 1927 г.[6], первоначально отождествившим место действия поэмы с Кафой-Феодосией. Однако в том же году в период работы Византийского Конгресса в Белграде под влиянием Н.Йорги он склонился к мнению о связи фабулы с Феодоро-Мангупом.[7] В примечании к тексту источника он также сослался на соответствующее мнение Гейда.[8] А.А.Васильев использовал источник без детального анализа, в американской версии своей монографии, посвященной истории крымских готов, однозначно связав его фабулу с Мангупом. Автор изложил содержание текста с цитированием в английском переводе некоторых отрывков.[9] Затем длительное время поэма не пользовалась вниманием византиноведов, пока Х-Ф.Байер не привлек ее для исследования церковных отношений в Крыму конца XIV в., ограничившись кратким изложением содержания.[10] В этой же публикации приведены краткие сведения об авторе, который отождествляется иеромонахом Матфеем из монастыря Кирицу (Константинополь). Он был направлен патриархом Антонием IV в августе 1395 г. в Хазарию, а конкретно в Ялиту (Ялту) в качестве экзарха.[11]

Приходится сожалеть, что из книги г.Байера выпал блок введения с филологической характеристикой поэмы. Надеюсь, что он увидит свет в отдельной публикации. Отмечу лишь, что произведение написано в жанре плача (монодии), весьма популярном в византийской литературе второй половины XIV в., образно отражавшем тяжелые времена переживаемые Империей. В качестве примера можно привести "Монодию на павших в Фессалонике" Дмитрия Кидониса, повествующую о драматическом конфликте между низами и знатью в августе 1345 г.[12] В композиции и поэтических приемах поэмы Матфея прослеживаются те же черты, что и в этой траурной оде. Здесь и характерное для энкомиев городу восхваление его внешнего вида с приведением ряда конкретных деталей, и неоднократные апелляции к нему и его убиенным гражданам и т.д.

Приступая к разбору содержания поэмы с точки зрения содержащихся в ней реальных сведений о юго-западной Таврике и городе Феодоро, решимся высказать мнение о характере миссии иеромонаха. Если в качестве рабочей гипотезы принять предположение г. Байера о том, что поэма появилась около 1395 г., то, стоит обратить внимание на совпадение времени прибытия иеромонаха в Крым в качестве патриаршего экзарха, с завершающей фазой драматических событий в жизни Готской и Херсонской митрополий. К этому сюжету обращались практически все авторы, касавшиеся церковной истории средневековой Таврики (Кулаковский Ю.А., Бертье-Делагард, А.Л., Васильев А.А., Якобсон А.Л., Романчук А.И. и др.). Наиболее обстоятельно он рассмотрен в статье Н.М.Богдановой[13]. Как известно, с конца 60-х гг. XIV в. между архиереями разгорелся конфликт из-за перераспределения приходов между ними. Вероятно, одной из причин было усиление княжества Феодоро, в столице которого Мангупе-Феодоро, находилась и резиденция готского митрополита. На некоторое время ему были предоставлены экзархальные права по отношения к херсонской митрополии, что повлекло передачу из ее состава ряда приморских областей под управления Готской митрополии. В 1384 г. в Крым был направлен иеромонах Исидор для улаживания конфликта, а также для укрепления ставропигиальных прав патриарха в Ялте, которая также вероятно оказалась под властью готского митрополита. Миссия его в отношении первой проблемы была неудачной, вторая, судя по всему, завершилась успехом. Вероятно, Ялта играла роль своеобразной буферной зоны между враждующими митрополиями. Во всяком случае, через 10 лет иеромонах Матфей был отправлен в качестве экзарха Антония IV в уже бесспорно подчиненную патриарху Ялту. Можно достаточно уверенно предположить, что ему также вменялось продолжить попытки уладить не угасший конфликт двух митрополий. Возможно, здесь он встретил активное сопротивление своей миссии, вылившееся в оскорбительные по отношению к представителю патриарха действия. Намек на это содержится в кратком описании виденного Матфеем на пути к Феодоро. Судя по первым строкам поэмы, где говорится о нанесенном ему оскорблении, заставившем его пуститься в путь на «чужбину», не исключено, что подразумевается фиаско на почве миротворческой деятельности. Вряд ли этот эксцесс имел место в предшествующей крымской миссии Матфея, поскольку сюда он был направлен повелением патриарха, а не по своей воле. Другое дело, что на месте он мог действовать по своему усмотрению, в зависимости от складывавшихся обстоятельств. Возможно, он принимает решение посетить враждующих архиереев в их резиденциях, когда не смог добиться их примирения, находясь в Ялте

Принимая такое объяснение, мы существенно повышаем степень соответствия содержащихся в начале текста деталей описания местности (строки 4-11) с реальной топографической ситуацией. Очевидно, что фабула поэмы строго ограничена событиями путешествия Матфея по Хазарии[14]. Это видно уже по смыслу строки 3. В 4-й строке конкретно говорится о пересечении этой территории «по верху». Х.-В.Байер справедливо видит в этом указание на преодоление горного хребта[15], который в данном случае можно отождествить с Главной Грядой Крымских гор, именующейся в современной географической литературе также «хребет Яйла». С юга в него вклинивается Ялтинский амфитеатр. Преодолев Яйлу, путешественник оказывается стране, изобилующей зерном, фруктами, домашними и дикими животными, рыбой (ст.5-8). Здесь необходимо подробнее остановиться на двух моментах: определение маршрута этой части путешествия и времени года, когда Матфей проследовал через Яйлу. Обратившись к карте данного района Крыма можно предположить несколько вариантов (рис. 1). Казалось бы, самый простой - это маршрут, в основном совпадающий с современным шоссе из Ялты в Бахчисарай через Ай-Петринский перевал. Однако в средневековье, чтобы попасть с Южного берега в район Мангупа и Эски-Кермена чаще пользовались более пологими и удобными для пешеходов и всадников перевалами Гаспра-Богаз и Эски-Богаз[16].

МОЛДАВИЯ И КНЯЖЕСТВО ФЕОДОРО В 1475 г.

mangup — Wed, 03 Feb 2010 19:27:14 GMT

Уважаемый председатель, уважаемые члены оргкомитета, уважаемые дамы и господа! Позвольте нам вначале выразить искреннюю благодарность за приглашение участвовать в конференции столь высокого уровня. Тем более, что ее темой стала такая выдающаяся историческая личность как Стефан Великий. Его деятельность, без преувеличения можно сказать, во многом определила облик современной Европы.

В сложной политической обстановке, характерной для Северного Причерноморья второй половины XV в. наблюдается активная дипломатическая деятельность, направленная на установление между государствами региона политических отношений, направленных на создание антиосманской коалиции. Наиболее активными участниками этой деятельности было княжества Молдавское, Мангупское (Феодоро) и венгерское королевство.[1] Маленькое княжество в юго-западной части Крымского полуострова оказалось в вихре событий, круто изменивших политическую карту региона.

Несколько слов о топографической ситуации. Мангуп - известняковое изолированное плато, его максимальная высота над уровнем моря около 600 м. С трех сторон оно ограничено вертикальными обрывами, достигающими на западной стороне высоты 70 м. Северный склон прорезан тремя глубокими ущельями, разделяющими мысы (отроги), делающие в плане Мангуп похожим на четырехпалую кисть руки (рис.1). Общая площадь плато около 1 квадратного километра.

По словам турецкого путешественника XVII в. Эвлии Челеби Мангупское плато было создано Аллахом для того, чтобы ему быть крепостью, и не только благодаря его естественной труднодоступности, но и из-за наличия естественных источников воды.[2]

Мангуп один из крупнейших памятников группы так называемых «пещерных городов» и это же главная крепость, а впоследствии и город страны крымских готов, основная информация об истории которого добывается археологическими раскопками. Их материалы существенно дополняют скудные известия письменных источников. Стратегия археологических исследований последних двух десятилетий была построена на зондировании различных элементов комплекса с тем, чтобы получить наиболее полную картину его топографии, стратиграфии и хронологии. В тактическом отношении приоритетным мы полагали завершение исследований объектов, раскопки, которых начали наши предшественники еще в XIX в., а также обследование памятников, наиболее подверженных опасности разрушения или разграбления (могильники). На основании этих исследований можно определить основные этапы в эволюции поселения.

1. Докрепостной период: (середина III - середина VI вв.), на плато были заселены в основном верховья ущелий. Население, главным образом, готы и аланы, среди которых постепенно распространялось христианствою.

2. Ранневизантийский крепостной период (VI - VIII вв.). Создание мощной системы обороны, возведение большой базилики в центре плато.

3. Хазарский период (конец VIII - первая половина IX в.). Кратковременный захват крепости хазарами, не отразившийся существенно на материальной культуре населения.

4. Фемный период (середина IX - X вв.). Возврат крепости под власть Византии.

5. Период запустения(XI-X III вв.).

6. Раннефеодоритский период (XIV в.). Появление на плато городской застройки, формирование цитадели на мысе Тешкли-бурун; в конце столетия город опустошен войском Тамерлана.

7. Позднефеодоритский период (1-я - 3-я четверти XV вв.). Возрождение княжества Феодоро реконструкция цитадели, дворца, базилики, строительство второй линии обороны.

8. Турецкий период (конец XV - 70-ые гг. XVIII вв.). После захвата турками (1475 г.), город постепенно приходит в упадок и полностью покидается жителями (караимами) в начале 90-ых гг. XVIII в.

Предлагаемый доклад посвящен в основном событиям последних месяцев существования княжества Феодоро, в которых активную роль играл Стефан Великий. Нарастание турецкой угрозы вызвало идеологическую реакцию в близлежащих странах. Она выразилась в усиленном интересе к византийскому наследию. Через двадцать лет после падения Константинополя усилился интерес европейских правителей к багрянородным невестам. В один год, 1472, были заключены два брака на высшем государственном уровне. Иван III, великий князь московский женился на племяннице последнего византийского императора Константина XII Софье Палеолог. Этим была продемонстрирована претензия Москвы на роль "Третьего Рима". В том же году политические отношения между княжеством Феодоро и Молдавией были закреплены браком между Стефаном III сестрой князя Исаака Марией, вошедшей в историю как Мария Мангупская. 4 сентября 1472 г. невеста прибыла ко двору.[3] Благодаря этому браком воевода вступал в свойские отношения с Палеологами и другими знатными византийскими фамилиями, значившимися в генеалогическом древе его супруги.

Рассмотрение вопроса о происхождении мангупской правящей династии не входит в задачу нашей работы, отметим лишь, что в этом отношении до сих пор можно считать справедливым замечание румынского историка Н.Банеску (1935 г.) о том, что этот вопрос остается весьма темным.[4] Исследователь лишь осторожно указал на возможность установления ее родственных отношений с фамилиями Палеологов и Великих Комнинов через браки кого-то из династов.[5] Практически повторяют этот вывод и современные авторы: болгарский Ивана Божилов[6] и российский Валерий Степаненко[7]. Особо следует отметить исследования румынских ученых Стефана Горовея и Марии Шекели, которые вводят в научный оборот новые материалы, можно надеяться, что они прольют свет, по крайней мере, на генеалогию мангупской княжны.

В последнее время критике подверглась весьма популярная гипотеза, о ее армянских византийско-трапезундских корнях. В соответствии с ней истоки династии возводили к знатному роду Гаврасов, представители которой якобы были сосланы в Херсон в XII в.[8] Однако кроме переклички звучания этого имени с княжеской фамилией Ховры-Ховрины, нет сколько-нибудь веских доказательств в пользу этой версии.

Австрийский филолог Х.-Ф.Байер на основании румынской анонимной немецкоязычной хроники, в которой жена Стефана III названа черкешенкой, полагает о ее происхождении с Северного Кавказа.[9] Однако, нужно отметить, что черкесами в XIV-XVI вв. называли также алан-асов, появившихся в Таврике, по крайней мере, в IV в.[10] Находящийся рядом с Мангупом средневековый город, разгромленный ордой эмира Ногая в конце XIII в. именовался Черкес-Кермен, как и соседняя с ним деревня. Это название зафиксировано Мартином Броневским в 1578 г.[11] Аланы и готы были основными этническими компонентами, из которых формировалось средневековое население горной и приморской областей полуострова.[12] Сведения о готах и аланах в Крыму, сохраняющих свою этническую идентичность, неоднократно упоминают средневековые письменные источники. В этой связи отметим еще один важный момент. Х-Ф.Байер предположил что отпрыск мангупской династии княжич Иоанн, умерший в Трапезунде, то же самое лицо, что и Иоанн Тсиарас, т.е. Черкес, скончавшийся в 1435 г. и похороненный в монастыре Георгия Перистериона близ Трапезунда.[13] Если это так, то прозвище Иоанна позволяет, конечно, с большой осторожностью, высказать предположение об аланских корнях Марии Мангупской. Иоанн женатый на Марии Асанине Палеологине Цамбалоконине был братом Марии из Феодоро, жены трапезундского царевича Давида Великого Комнина. Этим браком была открыта эпоха международного признания Мангупского княжества.

Важнейшим источником для исследования вопроса о происхождения Мангупской династии остается погребальная пелена Марии, хранящаяся в монастыре Путна. Изображенные на ней гербы Палеологов и Асеней указывают если не на родственные, то на свойские отношения мангупских династов с этими знатнейшими фамилиями Империи. Никаких намеков на Ховров, тем более на Гаврасов, эта реликвия не содержит. Косвенно в пользу причастности Асеней к родословной мангупской элиты может служить находка при раскопке так называемой церкви Богородицы в центре Мангупского плато фрагмента известняковой плиты, вторично использованной, к сожалению, верхняя ее часть не сохранилась (рис2), но, вероятно, что на ней изображен стоящего на задних лапах геральдический зверь, возможно, лев, бывший гербом Асеней.

Заключение брачного союз и политического союза между Сучавой и Мангупом наводило исследователей на предположение о претензиях Стефана, в случае изгнания турок, на трон возобновленной Византии или, по крайней мере, стать владыкой княжества Феодоро. Вероятно, эти намерения не были тайной для Мангупа, и это привело к охлаждению отношений между двумя княжествами. Для реализации крымских планов Стефана, кажется, была предпосылка – блестящая победа над турецким войском 10 января 1475 г. Вдохновленный ею Стефан вступил в переговоры с генуэзской Кафой о союзе для борьбы с крымским ханом и князем Феодоро, Исааком. Однако в преддверье усиливающейся опасности турецкого вторжения, генуэзцы проявили осторожность и не пошли на такой рискованный шаг, не желая обострять отношения с двумя влиятельными силами на полуострове. После захвата Феодоро турками Стефан и вовсе охладел к мангупской княжне и увлекся Марией Войчитой, дочерью Раду Красивого, князя Валахии, которая после смерти Марии Мангупской (19 декабря 1477 г.) стала женой воеводы. Надо признать, что брак со Стефаном Великим, победителем грозных османов, был большой честью для маленького крымского княжества, вассала татарского хана. Пожалуй, только высокая, и не вполне понятным путем приобретенная, титулатура невесты, привлекла внимание господаря, который, как и Иван Московский не прочь был разработать византийский сюжет.

Пытаясь найти возможность противодействия нарастающей угрозе турецкого вторжения, князь Исаак в ответ на стремление северного соседа об укреплении своей византийской родословной, вел успешные переговоры о выдаче замуж мангупской княжны, имя которой осталось неизвестным, за царевича Ивана Молодого.[14] Этому союзу помешал захват турками Мангупа. Заметим, что когда этот брак не состоялся, Иван III остался верным избранному им южному направлению своей политики: в 1483 г. царевич Иван стал мужем Елены, дочери от первого брака Стефана III с княжной Евдокией, сестрой киевского князя Семена Омельковича.[15] Однако, согласно легенде, он стал жертвой этой политики, будучи отравленным мачехой, "деспиной", Софьей Палеолог.

Ощущая неизбежность турецкого вторжения, князь Исаак даже пытался наладить дружественные отношения с Мехмедом II. Вероятно, это было негативно воспринято как его подданными, так и союзниками. Наиболее резкой была реакция со стороны Стефана III. По мнению А.А.Васильева, он фактически инспирировал дворцовый переворот в Феодоро. Намеком на это служит посольское донесение венгерскому королю Маттею Корвину, датированное июнем 1475 г. В нем сообщается, что Стефан направил брата его жены Александра в княжество Манго. Генуэзское судно доставило его к пункту, названному генуэзским источником "Яспо". Вероятно, подразумевается бухта Ласпи в 20 км к югу от Мангупа. Местность эта входила в состав капитанства Готия, территориального подразделения генуэзской Газарии, административным центром которого являлась крепость Чембало (Балаклава). Очевидно, генуэзская администрация, встревоженная протурецкими настроениями соседнего правителя, способствовала действиям Стефана III по устранению Исаака и замене его более радикально настроенным Александром. Стефан предоставил корабль и 300 вооруженных валахов, помогших Александру добыть престол. Эти воины, вероятно, составили костяк гарнизона, защищавшего Мангуп. Наверное, его миссия нашла поддержку внутри княжества, и, прежде всего, в самой правящей верхушке, иначе трудно объяснить быстрое свержение Исаака. Александру понадобилось на всего три дня, чтобы, по словам генуэзского источника, "овладеть отцовским наследием" и подчинить его своей власти. [16]

Важно, что эти события произошло накануне высадки турецкого экспедиционного корпуса под Каффой, т.е. 31 мая 1475 г. Таким образом, свержение, сопровождавшееся, очевидно, и убийством Исаака, или же его преемника, произошло весной 1475 г.

Накануне турецкого вторжения неустойчивой была политическая обстановка не только в княжестве. Внутриполитический конфликт разразился и в Крымском ханстве, был свергнут хан Менгли-Гирей. Его бегство к генуэзцам и обращение татарской знати за помощью к Мехмеду II стал поводом для военного вторжения турок на полуостров. Турецкий флот с экспедиционным корпусом во главе с великим визирем Кедук Ахмед-пашой 31 мая появился в виду Кафы, 1 июня состоялась высадка и 6 июня город открыл ворота победителю. XV в.

Падение Каффы было для Стефана Великого сигналом об усилении турецкой угрозы для его владений. Он пытается найти помощь у своего сюзерена, венгерского короля Матфея Корвина, прозорливо намекая в своем письме о нарастании общей угрозы вторжения со стороны турок, как для Молдавии, так и для Венгрии.

После захвата Кафы, Солдайи и других, менее значительных генуэзских крепостей на южном побережье, наступила очередь владений Мангупа. Источники содержат только информацию о действиях турок против столицы княжества и ничего не сообщают о сопротивлении других укреплений, например, Каламиты, построенной в устье реки Черной в 20-х гг. XV в. для защиты главного, и возможно, единственного морского порта княжества. Скорее всего, значительных военных действий против этих пунктов не велось, они быстро сдавались или просто оставлялись жителями.

Для реконструкции событий осады Мангупа лучшим из европейских источников является сочинение пушечного мастера Георга Нюрнбергского. Судьба связала его со Стефаном Великим, к которому он был послан герцогом Боснии в 1456 г. Затем в 1460 г. Георг вместе со своей семьей попал в плен к туркам и был на службе у Мехмеда II в течение 20 лет.[17] В книге о своих приключениях он кратко сообщает о том, что после захвата Солдайи и Кафы, турки подошли к городу Сантодоро (Феодоро) в котором находились три короля (князя) и 15 тыс. человек. Сразу крепость взять не удалось, но три месяца спустя она сдалась добровольно, причем короли со всем народом были убиты. У более поздних авторов, например, краковского каноника Матфея Меховского упоминается о братьях князьях, последних готских конунгов. По сведениям Мартина Броневского польского дипломата, посетившего Мангуп в 1578 г., это были дядя и племянник, происходивших из рода трапезундских или константинопольских правителей. Эту информацию он получил от настоятеля одного из двух сохранившихся тогда еще в опустевшем городе храмов.[18]

Феодор Спандунис, автор конца XV – первых десятилетий XVI в., используя не дошедшие до нас источники, сообщает, что князь Готии убил старшего брата и захватил власть. Мехмед послал против него своего биглиербея. Осада крепости вынудила князя сдаться на условии сохранения ему имущества и жизни. Однако, когда он был доставлен в Константинополь, Мехмед приказал казнить его, якобы сказав при этом, что "обещание, которое дал мой чиновник, пусть сдерживает он сам". Маленького сына князя обратили в ислам, которого автор видел в Константинополе уже полностью отуреченного.

До недавнего времени лучший обзор турецких источников, сообщающих о падении Мангупа, содержался в монографии А.А.Васильева.[19] Дополнением к нему можно недавно опубликованный новый перевод текста исторического сочинения Ашик Пашаоглу "Османская династическая история", написанного во второй половине 70-х гг.XV в.[20] Новая, более точная версия перевода позволяет выяснить ряд деталей в ходе осады. Например, находит подтверждение предположение о двух этапах осадных действий. В особенности важны сведения, касающиеся падения крепости в результате применения военной хитрости - ложного отступления турок и удара отряда из засады. Это сообщение дополняется данными, содержащимися в книге Саад-ед-Дина (1536-1599) автора "Истории Османской империи".

Крепость на Мангупском плато к началу военных действий представляла мощный фортификационный ансамбль, состоявший из трех основных компонентов. Главная линия обороны (в дальнейшем ГЛО) обеспечивала защиту практически всего естественного контура плато (рис.1). Ее магистральная линия длинной 6600 м проходила по естественным неприступным обводам плато и по дополнявшим их искусственно созданным рубежам. общая протяженность которых составляла 1500 м. Крепостной полигон площадью около 90 га имел не сплошной, а узловой характер укрепленной полосы, что вообще характерно для горной фортификации. Самые опасные места, балки, были пересечены линиями крепостных стен, образующими в плане входящий угол (теналь). Узкие расселины в обрывах перекрывались короткими стенами, примыкавшими флангами к скальным склонам. В крепостном полигоне, образованном ГЛО, можно выделить три крупных участка: Северный, южный и Западный фронты, отличавшихся каждый своими особенностями рельефа местности и характером подчиненных ему укреплений. Данный комплекс создавался во второй половине VI в. византийскими военными инженерами и функционировал полностью или частично на протяжении всей истории поселения.[21]

В период существования княжества Феодоро (XIV- 3-я четв.XVв.), столицей которого являлся Мангуп, в дополнение к ГЛО, возводится вторая линия обороны (в дальнейшем ВЛО), представлявшая непрерывный пояс стен и башен, прикрывший застроенную часть плато и отрезавший от нее два самых больших по площади мыса - Чамну-бурун и Чуфут-Чеарган-бурун. На мысе Тешкли-бурун создается цитадель, служившая также укрепленной резиденцией правителей княжества. Общая площадь этого укрепления составляла 1,2 га.[22](рис. 3)

Династия Гаврасов

mangup — Thu, 29 May 2008 07:54:11 GMT

Род Гаврасов, из которого вышли правители Феодоро, сирийского или малоазиатского происхождения. Первые представители рода известны с X века, уже в это время род считается знатным, а выходцы из него входят в ряды византийской аристократии. Сирия и Восточная часть Анатолии были приграничными областями Империи и полем непрестанных войн с мусульманами. Именно здесь в обстановке пассионарного напряжения формировалась новая аристократическая элита, игравшая ведущую роль в Византийской империи на протяжении трех столетий (с X по начало XIII века).
Самый известный представитель династии, впоследствии ставший ее патроном Феодор Гаврас родился около 1050 года в городе Арта в малоазиатской области Колония. Когда в 1071 году византийцы были наголову разбиты сельджуками в битве при Манцикерте, имперские войска ушли из восточных регионов Анатолии. Местным феодалам пришлось отбиваться от турок собственными силами. Молодой полководец Феодор Гаврас собрал в своих наследственных владениях отряд воинов и без помощи из Константинополя освободил от мусульман город Трапезунд, а впоследствии полностью очистил от них фемы (провинции) Халдия и Колония. Императору ничего не оставалось делать, как признать его правителем этих областей. В 1098 году он начал военную кампанию против сына султана Хорасана Исмаила. В сражении у города Байбурта в Армении Феодор Гаврас попал в плен и спустя несколько месяцев принял мученическую смерть в Эрзеруме за отказ принять ислам.

В начале XII века он был признан местночтимым мучеником, а в XIV столетии причислен Православной церковью к лику Святых.

Гаврасы правили в Трапезунде до середины XII века, но впоследствии были вытеснены из своей столицы представителями императорской династии Комнинов. Некоторые члены семьи обосновались в Константинополе.

Другая ветвь рода играла важную роль в Трапезундской империи. Третья ветвь обосновалась в Таврике. Наконец, представители четвертой ветви, берущей начало от полководца Михаила Гавраса и принцессы Евдокии Комниной создали независимое владение в Болгарии – деспотат Копривстицы, которое просуществовало в качестве автономного византийского княжества в составе Османской империи до конца XVIII века.

Представители крымской ветви семьи Гаврасов находились в родственных связях с императорскими династиями Великих Комнинов и Палеологов, аристократическими родами Асанов (цари Болгарии), Душанов (господари Молдавии), Цымблаков, черкесскими княжескими домами. Великий князь Московский Иоанн III сватал за своего старшего сына Ивана дочь правителя Феодоро Исаака Елену. Сестра последнего деспота Феодоро Александра – Мария «деспина Молдовлахии» была женой господаря Молдавии Стефана Великого.

АШИК ПАША-ОГЛУ

mangup — Thu, 01 Jan 1970 00:00:00 GMT

ТЕВАРИХ-И АЛ-И ОСМАН

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предлагаемый перевод является отрывком исторического сочинения Ашик Паша-оглу «Теварих-и Ал-и Осман» («Османская династическая история») 1. Это произведение автор начал писать в 1476 г. в 83-летнем возрасте. При изложении исторических фактов он полагался на свою память, поэтому естественно наличие ошибок. Используемые источники можно классифицировать таким образом:
Первоначальную информацию Ашик Пашаоглу получил в доме Яхши Факиха, прочитав историческое произведение.
Как источник использовал рассказ Тимур Пашаоглу Бея, принимавшего участие в войне Йылдрым Баязида с Венгрией в 793 г. (по христианскому летосчислению 9 января 1390 – 28 ноября 1391 гг.).
Другим источником являлся рассказ человека, который участвовал в Чубуковой войне 1402 года. Имя этого человека не упоминается.
Ашик Пашаоглу являлся непосредственным участником многих исторических событий. В частности, он принимал участие в набегах Мурада II на Венгрию, во 2-ой Косовской войне, во взятии Стамбула и в различных локальных войнах.

Произведение написано на средневековом турецком языке, максимально сохранена характерная для этого времени стилистика. После смерти писателя последователи внесли в текст поправки. Писатель использовал даты лишь по хиджре, указывая только год. В оригинале люди названы несколькими именами, а одни и те же события отнесены к разным датам. Эти различия указаны в конце каждой страницы. Ашик Пашаоглу разделил свое произведение на «бабы» 2 и в конце каждой поместил четверостишье. В данном издании эти четверостишья опущены.

В произведении описаны события, касающиеся истории Крыма – взятие турками Кафы и Мангупа (баб 152). Также для историков-византинистов представляет интерес рассказ об осаде турками Константинополя (баб 123). Этот источник впервые использовал А. А. Васильев в своем труде «The Goths in the Crimea» (Cambridge, 1936). Он цитирует не оригинальное издание, а немецкий перевод.

Произведение Ашик Пашаоглу представляет для нас большой научный интерес, поскольку это один из немногих турецких источников, где автор-современник событий – дает их описание.
ТЕКСТ

Баб 123 [С.118-119].

Этот баб повествует о том, что сделал, и для чего построил крепость Султан Мехмед Хан Гази, вернувшись из Карамана.

[Султан] пожелал и перешёл в Румелию. О всемогущий султан! Пролив Гелиболу заняли корабли неверных. Повелителя взяли в плен. [Его] привезли прямо в Коджаэли. В проливе верхней части Стамбула заточили Акчахисар. [Султан] по тому же пути, что [363] и отец, переправился в Румелию, расположился напротив Акчахисара. Обратился к Халил Паше: «Лала 3! Здесь мне нужна крепость». В результате не успел он сказать, как крепость сразу же была построена. Крепость была закончена. Затем приказал Акчайлыоглу Мехмед Бею: «Быстро езжай! Закрой ворота». Мехмед Бей туда приехал. У городских ворот он захватил человека. Мелкий рогатый скот селян отобрал. Правителю неверных сообщили новость: «Турки порвали наш мех 4. Разрушили наши дома». На что правитель ответил: «Наше соседство стало похоже на дружбу сокола и ворона. Если и появится возможность избавиться от турков, нужно молить о помощи нашего друга Халил Пашу. Нужно сейчас же послать Халил Паше рыбок».

Решив, что рыбу надо наполнить филёрами 5, взяли и наполнили. Послали Халил Паше. У правителя неверных был один визирь, который сказал: «Эй! Халил рыбу проглотит. Вы пользу не увидите. Из вашей ситуации нет выхода. Думайте о спасении своих голов».

Рыбу Халилу послали. Халил рыбу съел. Содержимое положил в сундук. Просьбу неверных принял. Пришёл к своему падишаху и просил о них. Падишах: «Эй, лала! Пусть наступит лето, посмотрим, какова воля Аллаха, так и поступим». Да и крепости давно уже готовились к завоеванию. Все приготовления были закончены, наступило лето. Султан Мехмед сказал: «Лето этого года я проведу в Стамбуле». Приехали и расположились напротив стамбульской крепости. Территорию окружили с суши, и кораблями с моря. В море было 400 кораблей. 70 кораблей в верхней части Галаты раскрыли паруса. Завоеватели встали на ноги и раскрыли свои флаги. На кораблях подступили к крепости. [Через пролив] в море был сооружён мост. Атаковали. Война продолжалась 50 дней, днём и ночью.

На 51-й день правитель приказал грабить. Налёт был совершён удачно и удовлетворительно. Базары наполнились золотом, серебром и различными материями. Начали продавать. Население было взято в плен. Правитель неверных был убит. Красивые девушки попали в объятия завоевателей.

В среду Халил Паша со своими сторонниками был пойман и взят в плен. Про них сказок много. Только я их сократил. По поводу того, что сделали с Халил Пашой можно много чего рассказать.

После завоевания в первую же пятницу в Ай-Софии (Ayasofya) была совершена молитва. На имя султана Мурат Хана Гази и его сына султана Мехмед Хана Гази была прочитана хутба 6. […]

Это завоевание датируется через два месяца после Кара Буга по хиджре в 881 году (по миляди 7: 26 апреля 1476 – 14 апреля 1477), это событие произошло по приказу султана Мехмед Хана Гази.

Баб 152 [С. 154-157]

В этом бабе рассказывается о том, что Султан Мехмед Хан Гази отправил своего слугу Гедик Ахмеда на завоевание Кефе, о том, как Кефе был завоёван и какие были взяты крепости.

Султан борцов за страну – султан Мехмед Гази – завоевал страну анатолийцев. Всех ханов и беев прогнал из страны. После этого он стал одержим мечтой, и продолжил завоевание побережья Чёрного моря. На всех завоёванных островах в честь завоевания читается хутба.

[364] Султан Мехмед Хан Гази вызвал своего подчинённого Гедик Ахмеда и сказал ему: «Поскорее закончи приготовления, отправим тебя на завоевание». Ахмед снарядил 300 кораблей. Также взял с собой пеших и конных солдат. Даже взял корабли с лошадями. Ахмед Паша полностью исполнил приказ падишаха. Закончил. Пришёл к падишаху, доложил. «Куда прикажете, туда и поеду», – не сказал [подумал – Ф. Х.]. Сразу же пожал руку. Встал напротив падишаха. Падишах спросил: «Ахмед, ты закончил с приготовлениями?» Ахмед: «О мой всемогущий султан! Мои приготовления всего лишь знак вашего благоволения». В это же утро застучали литавры, водрузились флаги и снарядились корабли. Завоеватели поставили цель завоевания. Шкоты кораблей были развязаны. Якоря были подняты на судна. В ту же минуту были раскрыты паруса. Паруса наполнились воздухом. С позволения Аллаха двинулись в путь. Поверхность моря залилась светом лучей ислама. 70 тысяч завоевателей-суннитов днём и ночью, ночью и днём продвигались по морю. В один из дней они вошли в порт Кефе. Сразу же выпрыгнули. Вышли на сушу. Были выкопаны траншеи и установлены пушки. Ахмед Паша, приготовившись: «Эй, завоеватели! Приложите все усилия ислама, пусть Кефе навсегда войдёт в ведение исламской страны». С позволения Аллаха разделаемся с ними. Начав атаку, газилер 8 вступили в войну. Ночью и днём они не давали неверным покоя. Неверные поняли намерение завоевателей – взяв город, разрушить его и потребовать выполнения их требований и на это всё у них хватило бы сил. Неверные, поняв намерение исламистов, собрались вокруг своего правителя. «Что вы будете делать с этими турками?» – спросили они. Правитель: «А что вы предложите?» Они: «Пока не взяли насильно, давайте отдадим по мирному. Мы не можем сохранить эту крепость – отдадим по-хорошему». Правитель: «Почему вы так считаете?» Неверные: «Потому что если турки захватят крепость силой, нас повергнут, большинство возьмут в плен, а наше имущество конфискуют и опустошат наш город. Поэтому давайте отдадим с лёгкостью, чтобы нас всех не взяли в плен. Тот падишах, который послал турков, каждую завоёванную страну благоустроил. Завоевав, не уничтожил». Правитель: «Я буду с вами до последней минуты. Чтобы вы не предложили, я сопротивляться не буду». Сразу же на третий день попросили о пощаде. Ахмед Паша их простил. На пятый день ворота крепости были открыты. Крепость была завоёвана. Флаг падишаха был внесён в крепость. Муэдзины 9 с хорошими голосами пропели эзаны 10. Вывезли колокола. Уничтожили изображения христианских идолов. Одну из известнейших церквей сделали мечетью. Совершили священную молитву. На имя Султана Мехмед Хана Гази была прочитана хутба. Ахмед Паша надел на завоевателей халаты, дарованные падишахом. Бедноте и богословам была роздана милость. После этого правитель неверных пришёл к Ахмед Паше, тот его схватил и конфисковал казну. Казна была передана падишаху. Население было переписано по социальным классам. Богатых отдельно, неимущих отдельно. Всё имущество сыновей, дочерей и даже сипахов 11. С этого народа и имущества падишаху полагается столько-то – взяли. Независимо от того, что это должно было быть брошено на землю. Сипахи были выселены из домов. Их дома были отданы завоевателям. После этого для завоевания [365] ближайших крепостей неверных было отправлено несколько кораблей. Они завоевали Азак (Azak), Ябугермен (Yabugermen) и все крепости побережья вплоть до черкесских имений. Затем пришли к Мангупу (Menkueb). Остановились у крепости, установили пушки. Мангупский правитель, увидев завоевателей, вышел навстречу Ахмед Паше и решил передать ему крепость. У этого правителя был один соперник. Он всё ещё находился в крепости. Он не согласился отдавать крепость. Он закрыл ворота крепости. Зажглась искра. После этого началась война. Сколько бы правитель не говорил: «Сдайте крепость!» – его не слушали, даже хотели прогнать из крепости его жену и сыновей. В конце концов они поняли, что войной крепость взята не будет. Ахмед Паша для осады оставил немного солдат. Сам собрался и уехал. Через несколько дней добавил к оставшимся у крепости ещё небольшое количество солдат. Все оставшиеся скрылись в засаде. [Еще до осады – Ф. Х.] извне в крепость вошло довольно много людей, они попали в безвыходное положение. Увидев, как солдаты отступают, люди из крепости начали выходить. Находившиеся в засаде исламские солдаты встретили бросившихся бежать из крепости людей. Сразу же заняли крепость. Захватили ворота. Наконец Мангуп был взят. В Мангупе была также произведена перепись. Все, что было сделано в Кафе, было применено к Мангупу.

Каждый край был завоёван, беев 12привезли в Стамбул, а их имущество передали казне падишаха. Их дочерей и жён подарили подчинённым падишаха. Жизнь этих неверных полностью изменили. В Мангуп был назначен кадий. Церкви были переделаны в мечети. Даже там на имя падишаха прочиталась хутба. Будучи ранее страной богохульников, этот край стал исламским.

Это завоевание датируется 880 годом по хиджре (миляди: 7 мая 1475 – 25 апреля 1476), было совершено подчинённым султана Мехмеда Ахмед Пашою.
Комментарии
1. Asikpasaoglu Tarihi / Tarih Dizisi. Istanbul, 1992. 173 s.

2. Баб – раздел.

3. Лала – обращение падишахов к визирям.

4. Мех – мелкий рогатый скот.

5. Филёр – старинная золотая монета.

6. Хутба – молитва благодарения.

7. Миляди – христианское летосчисление.

8. Гази – воин за веру.

9. Муэдзины – служители мечети.

10. Эзан – призыв к молитве.

11. Сипах – всадник.

12. Бей – автор подразумевает генуэзскую знать.

(пер. Ф. Х. Хайбуллаевой)
Текст воспроизведен по изданию: Новый турецкий источник по истории Крыма // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Симферополь, 2001. Вып. VIII. С.362-365.
© текст -Хайбуллаева Ф. Х. 2001
© сетевая версия - Тhietmar. 2003
© OCR - Каштанов Д. 2003
© дизайн - Войтехович А. 2001

Мангуп – боль христианства и ислама

mangup — Thu, 01 Jan 1970 00:00:00 GMT

Мангуп – боль христианства и ислама

Непривычно видеть на километровой высоте, куда залетают разве что орлы, все эти вырытые в известняковой толще пещерные жилища, хитроумные резервуары для сбора дождевой воды, остатки великолепных замков и церквей. Для кого-то горное плато Мангуп - символ сильной православной государственности и вооруженного сопротивления исламской агрессии. Для меня же - нелепый памятник человеческой глупости, зримое свидетельство того, чем заканчиваются попытки навязать свое видение мира с помощью оружия.

Мангуп - огромная гора, но вместо привычной конической вершины ровная как стол поверхность - плато. На этом высокогорном «столе», покоящемся на неприступных отвесных скалах высотой более 800 метров, располагалась столица могущественного средневекового княжества Феодоро. Сама крымская природа превратила Мангуп в необоримую крепость. Труднодоступность, воля защитников и православная вера превратили Феодоро в последний оплот Византийской империи. В течение 22 лет после захвата османами Константинополя Мангуп продолжал испускать ослепительный свет великой римской цивилизации. Это же горное плато должно было стать отправным пунктом последнего крестового похода, целью которого было изгнание турок из Малой Азии и отвоевание у «неверных» Гроба Господня в Иерусалиме. Только падение под натиском янычар в 1475 году горной столицы княжества Феодоро предотвратило эту фантастическую затею.

Из окна электрички, мчавшей меня из бывшей столицы Крымского ханства - Бахчисарая - в город русской славы Севастополь, Мангупское плато казалось куда более доступным. Лишь оказавшись у подножия огромной горы начинаешь понимать, что подъем на плато не стал легче за последние пятьсот лет. То есть с тех пор, когда отвесные скалы христианского города-крепости штурмовали свирепые янычары. На верх ведет петляющая среди замшелых валунов, колючего терновника и реликтовой сосны тропа.

День выдался жарким: июль. Даже привычные к крымскому зною горные цикады, кажется, измучены палящим солнцем и оглушительно взывают к небу о редком в этих местах дожде и желанной прохладе. Воздух напоен дурманящим запахом полыни и хвои.

Последний рывок и, наконец, сквозь неприметную расщелину в скале, куда завела меня козья тропа, попадаю на вершину горного плато. Сколько хватает глаз, кругом расстилается ровная, как футбольное поле, равнина. Она устлана выжженной желтой травой словно ковром. Лишь редкие акации и низкорослые кустарники разнообразят характерный скорее для степи, чем для гор, ландшафт. Но бдительность лучше не терять. Всего несколько десятков шагов вперед, и я едва не падаю в бездну. Края плато обрываются отвесными скалами. Так что нужно смотреть под ноги, чтобы не разделить участь несчастных, таблички в память о которых то там, то здесь осведомляют, что «на этом месте в 19... году трагически оборвалась жизнь» того или иного бедолаги.

Бездонная пропасть действительно как магнитом притягивает к себе: притупляет инстинкт самосохранения, завораживает обманчивым ощущением покоя и красоты расстилающихся кругом гор. Но забывать, что мы не птицы, не стоит. Впрочем, древние аборигены, похоже, считали иначе. Чтобы основать столицу своего государства на такой головокружительной высоте - ближе к небу, чем к земле - нужно было обладать изрядной долей смелости и фантазии.

Наземных построек на Мангупе практически не сохранилось, за исключением остатков княжеского замка, фрагментов крепостной стены и разбросанных по плату редких руин. Зато толща горы напоминает скорее муравейник: ведь Мангуп - один из самых крупных пещерных городов мира.

Чтобы построить пещерный дом, не нужны ни кирпич, ни доски ни цемент. Достаточно вырубить в скальной породе приличную по размерам нору. Но не только. Еще нужны системы жизнеобеспечения. Когда по расположенному прямо под ногами лазу спускаешься в недра плато, попадаешь в целую систему подземных помещений. Одни из них напоминают многоквартирные дома, где комнаты соединены между собой узкими лазами. Другие расположены прямо на отвесной скале. Проникнуть в такую «квартиру» можно лишь с известным риском для жизни, поскольку ступени вырубленной в камне лестницы за века вытерлись до зеркального блеска и стали очень скользкими. Один неверный шаг - и ты рискуешь соскользнуть в восьмисотметровую бездну. Однако смелый путешественник, рискнувший по опасной лестнице пробраться в одно из множества таких населявшихся людьми «ласточкиных гнезд», оказывается вознагражденным в полной мере. Открывающаяся из прорубленного в скале окна панорама расстилающейся далеко внизу долины, покрытые сизой дымкой вершины гор вдали, узкая полоска моря на самом краю горизонта говорят о том, что обитатели этих жилищ были не лишены чувства прекрасного. О плоти тоже, впрочем, не забывали. В полу вырублены квадратные ямы - водосборники - куда собиралась дождевая вода. Рядом со входом в жилище нередко прорублено круглое отверстие - видимо, туда вставляли трубу дымохода. В стенах вырублены каменные скамейки, полки.

Вернувшись на белый свет из сумрачного подземного муравейника, иду в восточном направлении, где расположена цитадель. Натыкаюсь на остатки подземного храма. Основное помещение расположено под ногами. Полукруглая алтарная апсида указывает прямо на восток и оканчивается пропастью. Так что совершить крестный ход вокруг храма возможно, если только у вас есть пара крыльев за спиной. Плато в плане напоминает руку с растопыренными «пальцами». Цитадель Мангупа расположена на одном из его «пальцев». Один из них - Тешкли-Бурун - у основания перегорожен впечатляющим своими размерами мрачным замком. Здесь жили древние правители горного государства.

Кто же обитал в этих пещерных квартирах, наслаждался с высоты птичьего полета прекрасным пейзажем, молился в подземном храме, утолял жажду ледяной водой, бьющей из источника в увитом плющом тенистом горном ущелье Гамам-Дере, разрезающем пополам плато? И главное, куда делись все эти люди? Почему этот некогда населенный тысячами людей сказочный город нынче представляет собой лишь безжизненную пустыню, в изрытых пещерами недрах которой живут лишь призраки, да завывает ветер?

Старинная крымская легенда рассказывает о том, что в старину в Крыму жили два племени - земледельцев и кочевников. Они непрерывно враждовали между собой. Однажды сын царя кочевников влюбился в дочь правителя земледельцев. Но суровый отец под страхом смерти запретил сыну даже и думать о браке с представительницей вражеского племени. Тогда юноша решился на побег.

Он бежал в царство земледельцев и женился на царевне. От этого брака у них родился сын. Этот брачный союз мог положить конец бессмысленной многовековой вражде двух народов. Однако, узнав о побеге сына и рождении внука, правитель кочевников пришел в неописуемый гнев. Вместо заключения долгожданного мира он пошел войной на земледельцев. Защищая свою новую родину и семью, его сын погиб на войне. Долго защищался в своем дворце старый правитель земледельческой страны. Вместе с дочерью и внуком он по подземному ходу бежал из разрушенной крепости. Но выход оказался завален камнями. Враги не могли найти беглецов, но и беглецы не смогли выбраться из каменной западни и после долгих страданий и мучений умерли здесь от голода. Руины этой крепости до сих пор стоят в Крыму как памятник людской жестокости и бессмысленной вражде. Легенда во многом напоминает судьбу как Мангупа, так и нашего современного мира, где христиане и мусульмане слишком часто пытаются решать проблемы путем насилия.

Первая крепость появилась на Мангупе еще в VI веке по приказу византийского императора Юстиниана. В то время здесь было поселение Дори, где проживали готы - союзники Византии. Двести лет спустя сюда пришли захватчики-хазары. Известно, что жители Мангупа во главе со своим епископом Иоанном Готским подняли против хазар восстание, которое было жестоко подавлено. В ХIV веке плато превращается в столицу православного княжества Феодоро. Правила здесь местная гото-византийская династия, которая находилась в зависимости от Константинополя. Население Феодоро было пестрым: здесь жили готы, аланы, славяне, армяне, греки, караимы. Территория княжества простиралась от Херсонеса на западе до Алушты на востоке. Феодоро было мощной и влиятельной политической силой своего времени. Правящая на Мангупе династия возводила свою родословную к византийским императорам. По этой причине многие властители того времени считали для себя лестным породниться с правителями Феодоро. Так, великий князь Московский Иван III вел переговоры о женитьбе своего сына на дочери мангупского правителя.

Судьба Мангупа была предрешена с момента падения его метрополии - Константинополя, столицы Византии. В 1453 году турки-османы взяли штурмом оплот православия на Востоке, и султан Мехмед II триумфально въехал в древнюю столицу римских императоров. Феодоро, куда бежали видные византийские сановники и духовенство, стало центром подготовки крестового похода. Планировалось найти союзников на Западе и в Руси, создать антитурецкую коалицию и начать из Крыма общеевропейский поход на турок с целью освобождения от «неверных» Константинополя и в перспективе даже Иерусалима. В ответ на это турки осадили Мангуп, и после кровопролитной полугодовой осады город на плато пал. Мангуп был разграблен, а население либо истреблено, либо захвачено в плен. С тех пор он оставался заштатной османской крепостью, и после пожара вскоре пришел в полный упадок.

В начале XIX века здесь оставались уже одни безлюдные руины, путешественник восклицал: «прочь отсюда, ведь нет ничего страшнее, чем неудовлетворенное любопытство». Бывшая столица Феодоро хранит много тайн. И главная из них - как христианам и мусульманам, людям всех наций и вер научиться жить в мире, чтобы не повторить участь Мангупа.

Была ли альтернатива такому ходу событий на Мангупе, и шире - в Византии, печально окончившей свое существование среди войн и так и не осуществившихся грез о новых крестовых походах? Идеи синтеза культур Запада и Востока, поиска общих корней христианства и ислама были широко распространены в эпоху заката Византии. Византийский интеллектуал Георгий Трапезундский писал победоносному султану Мехмеду II после захвата Константинополя: «Если кто-то объединит христиан и мусульман в одну религию и закон, он будет проводником человечества к Спасению. В сравнении с этим Александр Великий, Цезарь Август и сам Константин покажутся малыми». В Мангупе, правители которого находились в тесных родственных связях с тюркскими мусульманскими династиями, возможность для такого синтеза была вполне реальной. Протурецкая партия, пришедшая к власти в княжестве Феодоро после падения Константинополя, вела переговоры о мире и союзе с турецким султаном и крымским ханом.

Однако в Мангупе произошел переворот, и верх взяла «партия войны». Дальнейшая судьба города, осажденного янычарами, известна.

Османская империя пережила своего извечного врага - Византию - на несколько столетий. Но итог оказался столь же плачевен. Не сумев найти ключ к объединению Запада и Востока, сформулировать принципы религиозной толерантности, которые единственно смогли бы объединить пестрый клубок наций и верований в единый узор на необъятном геополитическом «ковре» Блестящей Порты, турки-османы тоже сошли с мировой арены.

Наверное, существует известная историческая справедливость в том, что последними обитателями Мангупа стали не христиане и не мусульмане, а караимы - тюркское племя, исповедующее караимизм. Эта странная вера, которую многие считают «сектантской», в действительности сумела найти то общее, что объединяет три родственные, но непрестанно враждующие между собой мировые религии - христианство, ислам и иудаизм. Общий исток - десять заповедей, данных Богом Моисею (Мусе) и признаваемых всеми тремя авраамическими религиями. Основатель караимизма Анан бен Давид еще в VIII веке учил: «Путь к Богу должен быть вымощен добрыми делами на земле». А не камнем, бросаемым фарисеем в ближнего, или мечом, поднимаемым на ближнего во имя Христа или Мухаммеда. В целом крымские караимы - очень мирный народ. Кроме того, исторически так сложилось, что в Крыму они были отстранены от воинской службы. При татарах и турках - как «неверные», которым запрещено служить в исламском войске. А при русских царях - как малочисленный народ. В Крыму они исконно занимались садоводством, кожевенным делом, богословием. Караимы были последними обитателями Мангупа. Последние из них покинули город на плато в конце XVIII века, после присоединения Крыма к России.

Сегодня уже нет Византийской империи, пытавшейся насаждать православие с помощью оружия на просторах от Атлантического океана, до песков Сахары и гор Кавказа, и последним оплотом которой стал Мангуп. Победители грозных ромеев - турки, установившие полумесяц вместо креста над половиной мира, хвалившиеся своим оружием и победами, позднее сами разделили участь поверженной ими Византии. Современному человечеству важно извлечь из этого уроки. Будем надеяться, что Мангуп, взрывы башен-близнецов в Нью-Йорке, кровопролитный палестино-израильский конфликт, драма Ирака отрезвят горячие головы и научат людей быть добрее и мудрее. Просто нет другого пути, чтобы всем нам выжить в грозном ХХI веке.

Источник - sewastopol.wz